Что не так с петербургскими музеями набокова

Перечитайте Зощенко

Итак, бонус — квартира Михаила Зощенко. Тут стоит рассказать подробнее, как ее найти. Лично я сделала это только с третьей попытки. Адрес Малая Конюшенная, 4/2 прячется со стороны Чебоксарского переулка, вход во двор, а на входе еще нужно позвонить и доложиться, что вы к Зощенко. Затем следуйте на третий этаж.

В одной из советских газет этот дом однажды изобразили увешанным мемориальными табличками. Дело в том, что Зощенко жил в так называемом «писательском доме», где кроме него проживали и другие советские литераторы. Поэтому в 2007 году музей превратился в «Государственный литературный музей «XX век». В отличие от всех предыдущих музеев, реконструированных и собранных из вещей, переданных современниками, музей Зощенко сохранил все в первозданном виде. Входной билет без льгот стоит 200 рублей. Подробно о музее-квартире М.М. Зощенко мы написали здесь.

Марина Пешехонова

Каковы точные условия передачи архива, оставшегося после смерти сына писателя Дмитрия Набокова, и что находится в нем

Дмитрий Набоков всегда интересовался жизнью музея и обсуждал судьбу своего архива с Татьяной Пономаревой. Дмитрий Владимирович скончался в 2012 году, не оставив наследников. Владельцем хранившегося у него архива стал Американский фонд Владимира Набокова. На улаживание формальностей, связанных с получением наследства, ушло почти семь лет (определенную роль в этом мог сыграть тот факт, что Дмитрий Набоков жил в Швейцарии, будучи при этом гражданином США), и лишь в прошлом году фонд принял решение (а судьбу архива решает именно фонд), что готов передать архив в музей, но при условии, что музей будет обладать государственным статусом. Оценка и опись архива не проводились, известно лишь то, что это примерно 300 коробок — прежде всего это библиотека, некоторое количество писем, семейные фотографии, документы, в частности нансеновский паспорт Владимира Набокова, некоторые предметы быта. По сути, эти вещи не являются архивом в прямом смысле этого слова, это именно музейная коллекция.

Татьяна Пономарева

набоковед, заведующая Музеем В. В. Набокова

Музей уже сильно изменился. График работы пока не вполне понятен. На входе написано, что он работает, как и раньше, по субботам, однако все новые сотрудники приняты на обычную пятидневную неделю («старый» музей всегда работал по субботам, так как выходным днем для сотрудников, работающих с посетителями, был понедельник). Теперь при входе посетители должны предъявлять удостоверение личности, как и во всех зданиях СПбГУ. Много и других — внутренних — изменений.

Как сложится судьба музея в составе СПбГУ, я не могу сказать, так как теперь не могу на это влиять — все происходит без моего ведома, даже набор сотрудников. Надо сказать, это очень беспокоит не только нашу общественность, но и дарителей музея, живущих в разных странах.

Прошло заседание постоянной комиссии по культурным правам Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека. На вопрос о том, что будет с коллекцией, которую планирует передать фонд, представители университета ответили, что она будет перевезена в хранилище в Петергофе. Действительно, сейчас в музее нет места, где бы ее можно было разместить, но главное — нет сотрудников-набоковедов, которые могли бы с ней работать. А ведь наследники дарят ее не только для того, чтобы она хранилась и была поставлена на учет, а чтобы ею занимались, изучали, публиковали, создавали на ее основе экспозицию и отдельные выставки.

На мой взгляд, лучший выход из сложившейся ситуации — тот, о котором с самого начала просили наследники Набокова: создать городской или федеральный дом-музей Набокова. Такой музей, которой мог бы заниматься и более широкими темами, историей русского зарубежья и тем вкладом, который представители русской культуры внесли в культуру других стран. Потому что огромная заслуга Набокова, о которой я все время говорю, — то, что он заставил сотни тысяч своих читателей заинтересоваться Россией и русским языком.

Блок – второе «наше всё» после Пушкина

Первый музей поэзии Серебряного века в Санкт-Петербурге – это музей-квартира Александра Александровича Блока на улице Декабристов, 57. Этот музей — «Два в одном»: мемориальная квартира с подлинными предметами обстановки и литературная экспозиция, рассказывающая о жизни и творчестве поэта. Первая часть может показаться вам скучноватой и недостаточно богатой (а Блок и правда жил достаточно бедно), зато подкупает подлинностью элементов, включая старинные семейные иконы. Вторая часть при внимательном изучении займет не менее получаса.

Посетить музей можно по входному билету (100 руб.) или дополнительно заказав по телефону (812) 713-86-31 одну из тематических экскурсий (подробнее – на сайте ).

Музей находится в уникальном районе города, который до революции 1917 года назывался Петербургской Коломной. Коломна — один из крупнейших художественных центров города, где находились важнейшие театры: Большой, или Каменный, театр-цирк, Мариинский театр, драматический театр В.Ф. Комиссаржевской и многие другие. Поэтому, если вы любознательны, свяжите посещение квартиры А.А. Блока с более обстоятельной прогулкой по городу в обществе искусствоведа.

Возможно, где-то недалеко от музея находилась та самая аптека из стихотворения Александра Блока «Ночь, улица, фонарь, аптека». Об этом у нас есть целая статья.

Дом, милый дом…

В стенах тесной, бедно обставленной берлинской квартире рано повзрослевший Набоков часто шептал эти слова. В октябре 1917 года семейство писателя покинуло дом — все думали, что временно, оказалось, что навсегда. Набоковы уехали от пожаров, выстрелов на улицах, грабежей и убийств — спутников любой революции в пока еще тихий Крым. Вещей брали по минимуму, надеясь, что вся эта большевистская заваруха как-нибудь разрешится. В доме остались книги, игрушки, коллекция бабочек Владимира, карточная игра «Скрэтл» — все те дорогие сердцу мелочи, которые были штрихами к семейному счастью Набоковых. Некоторое время после отъезда в доме оставался управляющий, который перевез туда свою семью, но вскоре и ему пришлось бежать. А потом имущество «золотой принцессы» национализировали. Книги отправились в библиотеки, картины — в музеи, ценные вещи — в квартиры эсеров.

Никто из большого семейства Набокова больше ни разу не побывал в особняке. Только сестра Владимира, Елена Набокова-Сикорская, приехав в Ленинград в конце 60-х, навестила родовое гнездо.

После национализации особняк превратился в нечто подобное современным деловым центрам. В разные годы здесь «селились» разные организации — торговые, производственные, был даже литературный кружок. И только в 1999 году, через 100 лет со дня рождения Владимира Набокова, дом ему вернули — посмертно, открыв музей классика.

Каковы точные условия передачи архива, оставшегося после смерти сына писателя Дмитрия Набокова, и что находится в нем

Дмитрий Набоков всегда интересовался жизнью музея и обсуждал судьбу своего архива с Татьяной Пономаревой. Дмитрий Владимирович скончался в 2012 году, не оставив наследников. Владельцем хранившегося у него архива стал Американский фонд Владимира Набокова. На улаживание формальностей, связанных с получением наследства, ушло почти семь лет (определенную роль в этом мог сыграть тот факт, что Дмитрий Набоков жил в Швейцарии, будучи при этом гражданином США), и лишь в прошлом году фонд принял решение (а судьбу архива решает именно фонд), что готов передать архив в музей, но при условии, что музей будет обладать государственным статусом. Оценка и опись архива не проводились, известно лишь то, что это примерно 300 коробок — прежде всего это библиотека, некоторое количество писем, семейные фотографии, документы, в частности нансеновский паспорт Владимира Набокова, некоторые предметы быта. По сути, эти вещи не являются архивом в прямом смысле этого слова, это именно музейная коллекция.

Татьяна Пономарева

набоковед, заведующая Музеем В. В. Набокова

Музей уже сильно изменился. График работы пока не вполне понятен. На входе написано, что он работает, как и раньше, по субботам, однако все новые сотрудники приняты на обычную пятидневную неделю («старый» музей всегда работал по субботам, так как выходным днем для сотрудников, работающих с посетителями, был понедельник). Теперь при входе посетители должны предъявлять удостоверение личности, как и во всех зданиях СПбГУ. Много и других — внутренних — изменений.

Как сложится судьба музея в составе СПбГУ, я не могу сказать, так как теперь не могу на это влиять — все происходит без моего ведома, даже набор сотрудников. Надо сказать, это очень беспокоит не только нашу общественность, но и дарителей музея, живущих в разных странах.

Прошло заседание постоянной комиссии по культурным правам Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека. На вопрос о том, что будет с коллекцией, которую планирует передать фонд, представители университета ответили, что она будет перевезена в хранилище в Петергофе. Действительно, сейчас в музее нет места, где бы ее можно было разместить, но главное — нет сотрудников-набоковедов, которые могли бы с ней работать. А ведь наследники дарят ее не только для того, чтобы она хранилась и была поставлена на учет, а чтобы ею занимались, изучали, публиковали, создавали на ее основе экспозицию и отдельные выставки.

На мой взгляд, лучший выход из сложившейся ситуации — тот, о котором с самого начала просили наследники Набокова: создать городской или федеральный дом-музей Набокова. Такой музей, которой мог бы заниматься и более широкими темами, историей русского зарубежья и тем вкладом, который представители русской культуры внесли в культуру других стран. Потому что огромная заслуга Набокова, о которой я все время говорю, — то, что он заставил сотни тысяч своих читателей заинтересоваться Россией и русским языком.

Тенишевское училище

Моховая ул., 33-35

Тенишевское училище — частная школа, основанная в 1900 году князем Вячеславом Тенишевым. В строительство школы князь вложил невероятный для тех времен капитал — миллион рублей. Это было привилегированное учебное заведение для мальчиков. Здесь Владимир Набоков учился с 1911 года.

Существует интересная история: в училище будущему писателю задали написать эссе на тему «Лень». Набоков подошёл к заданию творчески и сдал пустой лист. Но, поскольку в учебном заведении придерживались либеральных взглядов, за такой арт-выпад учитель поставил хорошую оценку.

Здание РГИСИ, бывшее Тенишевское училище / wiki-org.ru

Училище просуществовало до 1960-х годов. Кроме школьной программы в его залах проходили литературные и творческие вечера, концерты. Здесь выступали Блок, Маяковский, Есенин, Мандельштам и другие известные поэты Серебряного века. Сегодня в этом доме находится учебный корпус Российского Государственного Института сценических искусств и учебный театр «На Моховой», на сцене которого играют студенты института. 

Детское царство

Планировка зданий была традиционной для помещицких домов. На первом этаже располагались вестибюль, гостиная, столовая, кухня и библиотека, а также два помещения особого назначения – комитетская и телефонная. На втором этаже находились родительские комнаты – у каждого из супругов было свое «гнездышко», так было принято в те времена. А на третьем этаже было «детское царство»: там находились комнаты пятерых детей четы Набоковых: Владимира, Сергея, Елены, Кирилла и Ольги. Здесь же жила и гувернантка из Швейцарии Рейчел, которую дети называли просто Мадемуазель. Мадемуазель Рейчел появилась в доме Набоковых в 1902 году и покинула его только в 1912 — по собственному желанию. Дети ее любили, взрослые уважали… Гораздо позже, уже в эмиграции, Набоков посвятит мадемуазель Рейчел пятую главу романа «Другие берега».

На третьем этаже была и так называемая «инфекционная» — комната с отдельной канализацией, которую отвели под мини-лазарет на случай болезни кого-то из домашних. В остальное время эта комната запиралась на ключ, дети там не играли.

Усадьба в Рождествено

Село Рождествено Гатчинского района Ленинградской области

В 1890-м году владельцем усадьбы стал крупный золотопромышленник Иван Рукавишников — дед Владимира Набокова по материнской линии. Его силами дом был капитально отремонтирован, а на территории появились теннисный корт, конюшня, теплицы и птичник.

Усадьба Набоковых в Рождествено / visitgatchina.com

После революции усадьба пережила многое: тут были и школа, и общежитие, и даже колхозный музей. В 1995 году в доме случился пожар, и восстановление заняло 7 долгих лет. Сейчас в усадьбе находится историко-литературный и мемориальный музей Набокова. Здесь можно увидеть семейный альбом семьи Рукавишниковых-Набоковых и уникальную коллекцию бабочек. Также для посетителей открыт большой парк с 220-летними деревьями.

Материал подготовлен редакцией портала «Культура Петербурга»

Фото обложки: Владимир Набоков / culture.ru

Набоков недурно устроился

Семейство Набоковых, в отличие от многих других писателей, жило в собственном трехэтажном особняке особняке на Малой Морской улице, 47 в двух шагах от Исаакиевского собора. Владимир Набоков родился в богатой семье. Дом его детства был оснащен по последнему слову техники, быт налажен лучшим образом. У маленького Володи было множество игрушек — их коллекция выставлена в первом зале справа от входа. (Кстати, раз уж вы все равно выбрались по музеям, то после дома Набокова пройдите еще два дома вперед и посетите музей оригинальных игрушек). Еще одна коллекция размещена в центральном зале — это обширное собрание бабочек, которых Набоков лично ловил и описывал. Любителям творчества Набокова будут интересны находящиеся на витринах издания книг автора — вышедшие как в России, так и в Америке

Обратите внимание на самые первые из них — они выпущены под псевдонимом В. Сирин

Ни в коем случае не пропускайте видеозал и посмотрите выпуск программы «Намедни», посвященный Набокову и отчасти этому дому. В фильме покажут и другие жилища автора. В частности отель в швейцарском курортном городке Монтрё, где Набоков, будучи уже состоятельным писателем, мог позволить себе жить в номере люкс на протяжении 17 лет. Музей-квартира Набокова — наиболее современно оборудованная из всех и, пожалуй, даже не требующая сопровождения гида. Подробно о ней мы писали здесь.Сайт музея:

Пушкин. Просто Пушкин

И в завершении про самую популярную квартиру в Петербурге — музей-квартиру Пушкина. «Наше всё» Александр Сергеевич прожил в доме номер 12 по набережной Мойки (на фото) свои последние годы и именно отсюда отправился за Черную речку на дуэль с Дантесом.

Рассказывать об экспозиции не будем, это за нас это сделают замечательные штатные экскурсоводы, чьи услуги вы все равно оплатите или возьмете аудиогид. Хотя рекомендуем прочитать наш материал о музее-квартире Пушкина. Свободное посещение не предусмотрено. В выходные и праздники очередь в музей может быть очень велика. И если вы не попали на ближайшую экскурсию, то берите билет на имеющееся время и отправляйтесь в перерыве в другую интересную квартиру, расположенную неподалеку – к Зощенко.

Дом Набоковых

Большая Морская ул., 47

Дом Набокова — четвертый по Большой Морской от Исаакиевской площади в сторону Театральной площади. В этом особняке писатель родился и провел детство. Позже Набоков назвал его «единственным домом в мире», так как после отъезда из России в 1917 году никогда больше не имел собственного жилья, переезжая из отелей в съемные квартиры.

Дом Набоковых / wikiway.com

Сегодня на первом этаже дома расположился Музей В.В. Набокова Санкт-Петербургского Государственного Университета. Музей был открыт к столетию со дня рождения писателя. На тот момент в доме не осталось ни одного предмета, напрямую связанного с семьей Набоковых. Но за время работы музею удалось собрать значительную мемориальную коллекцию и научную библиотеку. 

Перед посещением Музея рекомендуем почитать автобиографический роман «Другие берега». В нём Владимир Набоков в деталях описал обстановку дома и образ жизни своей семьи в те годы.

Владимир Набоков в детстве / rewizor.ru

Как музей оказался на грани закрытия

Открытый в 1999 году как некоммерческая организация петербургский Музей В. В. Набокова стал частью Санкт-Петербургского государственного университета в 2007 году, находясь под угрозой исчезновения. На протяжении всего своего существования, несмотря на отсутствие целевого финансирования, в музее обновлялась коллекция, шла серьезная научная работа, а также регулярно проводились различные мероприятия (конференции, выставки, встречи и даже спектакли).

Последние несколько лет Музей В. В. Набокова работал с минимальной финансовой поддержкой: университет оплачивал коммунальные услуги и зарплату четырех сотрудников, но и в работу его особенно не вмешивался. Долгое время Управление экспозиций и коллекций СПбГУ существовало без главы. Все изменилось с появлением руководителя управления — Елизаветы Тапаковой-Боярской. Первым делом были отменены все премии. Зарплата сотрудников сократилась до 17 тысяч, а у тех, кто работал на полставки, — до шести тысяч. При этом отчетность увеличилась многократно, а стиль общения нового руководителя был для сотрудников неприемлем. Постепенно работники музея начали увольняться (нужно сказать, что все работавшие в музее молодые набоковеды, учившиеся до этого в СПбГУ, были выпускниками семинара Бориса Аверина, ни от каких других преподавателей и ученых студенты не приходили).

В результате в музее осталось всего два человека, директору объявили, что этого достаточно. Одновременно с этим администрация университета самостоятельно начала прием новых сотрудников, не специализирующихся на творчестве Набокова.

Карина Маколкина

филолог, набоковед, сотрудница музея в 2017–2018 годах

Я пришла работать в музей в апреле 2017 года. Как раз тогда начала разворачиваться эпопея по учету всего, что есть в музее. Нам надо было перебрать, описать, посчитать буквально каждую вещь и всем предметам присвоить шифры/номера согласно инструкции. Надо сказать, что и до этого в музее велся учет, были книги поступлений, но этот учет никак с университетом и его требованиями связан не был. Впрочем, и в 2017 году университет едва понимал, какие у него требования. К нашему ознакомлению с их стороны предлагалась инструкция по учету, основанная на той самой, созданной еще в 1985 году.

Работы было много, но она нам нравилась, мы все это проделали с энтузиазмом, рассчитывая, что если приведем все в строгий порядок и загрузим в КАМИС (система учета музейных экспонатов. — Прим. The Village), то это пойдет на благо — в первую очередь коллекции, которая сможет быть выгружена в Госкаталог. Университет, на мой взгляд, не защищал ни музей, ни коллекцию. Когда я только начала работать, мне попались на глаза какие-то университетские ведомости, где указана стоимость предметов коллекции — по рублю. Это же просто абсурд.

На тот момент учет был нашей основной деятельностью, но, поскольку штат у нас всегда был маленький (не более пяти человек), мы все понемногу делали все. Это и работа с посетителями в совокупности с постоянным слежением за экспозицией, и переписка с участниками чтений, и помощь фотографу, который был нанят университетом как раз для того, чтобы сделать изображения предметов для КАМИС, и помощь студентам СПбГУ с материалами для их работ. К сожалению, уже не часто, но бывали и выставки: например, совместный проект The Defense с нашими соседями, графическим кабинетом WOD.

Наша зарплата на момент моего появления в музее складывалась из оклада (пять тысяч с копейками за полставки) и премии, которая была в два, а иногда и в три раза больше. Наверное, год нам платили адекватно, а потом началось: постепенно полетели в тартарары премии — и «полставочные», и старших сотрудников, и директорская. Порядок всего этого, разумеется, был хаотичный. Одну из коллег, которая проработала в музее семь лет, лишили доброй части зарплаты, потому что другой коллега вовремя не прислал очередной дурацкий отчет.

Коллекция музея Набокова

После эмиграции семьи Набоковых ценные вещи из их дома были переданы в городские музейные фонды, часть была утеряна, а некоторые предметы удалось сохранить у друзей и родственников, проживающих в Петербурге. Благодаря им удалось собрать коллекцию для музея. Так, сын писателя — Дмитрий Владимирович Набоков — передал учреждению письменные принадлежности отца — карандаши, рукописи, а также личные предметы — пенсне, сачок для ловли бабочек и др. Много ценных вещей поступили от американских друзей и коллег В. В. Набокова, например, первые издания его произведений.

На выставке представлена коллекция бабочек, собранная самом Владимиром Владимировичем — писатель серьезно увлекался энтомологией, собрание произведений на русском и английском языках, рисунки Набокова, его личные вещи — одежда, посуда и другие предметы быта.

Некоторые вещи хранятся в музее-усадьбе «Рождествено» в Гатчинском районе. Усадьба досталась Владимиру Набокову по наследству от дяди — В. И. Рукавишникова. Это имущество было также национализировано после революции. С 2002 года в музее Набокова в «Рождествено» открыта экспозиция, рассказывающая о судьбе усадьбы и жизни писателя.

Подробнее об экспонатах на сайте музея Набокова

Приданое “золотой принцессы”

Во второй половине ХIХ века Иван Васильевич Рукавишников был одним из самых богатых людей не только в Петербурге, но и во всей Российской империи. Он сколотил огромное состояние на добыче золота с Ленских приисков. Рукавишников известен и как щедрый меценат: миллионер регулярно жертвовал деньги на постройку церквей и лечебниц. Этот особняк стал приданым его любимой дочери Елены, “золотой принцессы” которая в 1897 году вышла замуж за публициста Владимира Дмитриевича Набокова. Молодожены поселились в нем сразу после свадьбы, и здесь же в 1899 году родился их первенец Володя.

Впоследствии писатель красочно описывал обстановку имения Набоковых в романе «Другие берега»:

Передо мной встает большой диван, с клеверным крапом по белому кретону, в одной из гостиных нашего деревенского дома: это массив, нагроможденный в эру доисторическую. История начинается неподалеку от него, с флоры прекрасного архипелага, там, где крупная гортензия в объемистом вазоне со следами земли наполовину скрывает за облаками своих бледно-голубых и бледно-зеленых соцветий пьедестал мраморный Дианы, на которой сидит муха.

Прямо над диваном висит батальная гравюра в раме из черного дерева, намечая еще один исторический этап. Стоя на пружинистом кретоне, я извлекал из ее смеси эпизодического и аллегорического разные фигуры, смысл которых раскрывался с годами; раненого барабанщика, трофеи, павшую лошадь, усачей со штыками и неуязвимого среди этой застывшей возни, бритого императора в походном сюртуке на фоне пышного штаба.

Набоковы лелеяли свое родовое гнездо. В 1901 году они начали капитальный ремонт особняка по проекту дуэта архитекторов Бориса Гуслистого и Михаила Гейслера. Появился третий этаж, богато украшенный мозаичным фризом, фасад обложили красным и серым песчаником, появились роскошные витражи с орнаментами у парадной лестницы. За деньги, потраченные на ремонт, можно было бы возвести новый дом, но тогда семейство Набоковых могло себе это позволить.

На начало ХХ века дом Набокова был, как принято сейчас говорить, технически продвинутым. После реконструкции здесь установили самую современную отопительную систему и лифт. В те времена позволить себе лифт в доме могли только миллионеры (впрочем, как и сейчас). Но богато украшенная светящаяся коробка, которая каталась туда-сюда между этажами, быстро наскучила домочадцам и целый день на лестницах можно было услышать топот детских ног.

Гордостью семейства Набоковых, а особенно Елены Ивановны, были витражные окна, которые заказали в рижской мастерской Тода за бешеные по тем временам деньги. Большая часть витражей разбилась во время блокады Ленинграда, но некоторые поражают своим изяществом и до сих пор. Роскошный металлический декор фасада заказывали на заводе Винклера здесь, в Петербурге.

Почему вокруг музея возникла шумиха и откуда взялся новый директор

В конце марта музей Владимира Набокова неожиданно закрылся на ремонт. Выяснилось, что из многолетних сотрудников в нем остался работать всего один — ранее директор, а ныне заведующая Татьяна Пономарева. Прошел месяц, 22 апреля литературный мир отмечал 120-летие со дня рождения писателя. Его мемориальный музей все еще был закрыт, никаких мероприятий по случаю годовщины не проводилось.

На следующий день, 23 апреля — в «правильный» день рождения Набокова, который он сам себе назначил, желая делить свой праздник не с Лениным, но с Шекспиром, — обеспокоенные ситуацией петербургские интеллигенты создали Координационный совет по спасению дома и Музея Владимира Набокова. В него вошли глава петербургского Союза писателей Валерий Попов, скульптор Дмитрий Каминкер, артист Леонид Мозговой, филолог Мария Виролайнен, соредактор журнала «Звезда» Андрей Арьев, набоковед Алексей Филимонов, филолог и президент фонда «Живая классика» Марина Смирнова, журналист Галина Артеменко, поэт Татьяна Вольтская, писатель и переводчик Наталия Соколовская и другие. Встреча прошла в холле гостиницы «Дельта Невы», прямо напротив музея.

26 апреля Пономареву срочно (за час до начала) вызвали на совещание, где ей в качестве заместителя начальника управления представили филолога и писателя Андрея Аствацатурова. В шесть часов вечера на сайте университета появился официальный пресс-релиз, в котором сообщалось, что Аствацатуров назначен директором музея (в интервью «Фонтанке.ру» он сообщает, что предложение поступило ему еще 24 апреля). В интервью новый директор сообщил о своих планах по развитию международной культурной и научной деятельности музея, а также о планах провести встречу с сотрудниками. Как выяснилось, однако, по документам Аствацатуров все же занимает должность именно заместителя начальника управления, директорской ставки в музее не существует, а должность эта — не более чем выдумка для СМИ.

Андрей Аствацатуров, новый директор Музея В. В. Набокова

Выставки 2009 года

  • Выставка бумажных кукол «Одень Машу» из коллекции И.В. Соболевой (СПбГУ) (100 работ)
  • Выставка живописи Павла Еськова «Городской мотив».
  • Выставка живописи Маргариты Барановой «Мой окружающий мир» (30 работ)
  • Выставка фотографий Станислава Шапиро «Лица Таджикистана» (45 работ)
  • Выставка фотографий Ирландского культурного центра СПбГУ и детских рисунков, посвященная Дню святого Патрика (СПбГУ) (60 работ)
  • Фестиваль Института искусств СПбГУ «Весна дизайна в Музее В. Набокова» — 4 выставки (200 работ):
    • «Эксперимент с фрагментом» — выставка печатной графики.
    • Выставка детской книги
    • «Деталь и целое» — выставка плаката
    • «Графические интерпретации» — выставка авторской книги и графики
  • Выставка живописи «Гильдии живописцев Санкт-Петербурга. Избранное» (30 работ)
  • Выставка фотографий «Герои Невского Времени. Неожиданный ракурс» (50 работ)
  • Выставка к Блумсдэю. Фотография, А.Машинян (СПбГУ) (30 работ)
  • Фотовыставка Дмитрия Соколенко «XIX» (22 работы)
  • Выставка живописи Леонида Яценко «Изография» (12 работ)
  • Выставка графики Алексея Федулова (25 работ)
  • Выставка живописи Андрея Требунского (25 работ)
  • Выставка фотографий Елены Баргилевич «Цветопатология» (14 работ)
  • Выставка комиксов в рамках международного фестиваля БумФест – Николай Маслов (45 работ)
  • Выставка живописи и графики Ярослава и Эдмунда Шклярских (26 работ)
  • Выставка живописи Татьяны Парфеновой (24 работы)
  • Выставка иллюстраций к произведениям Леонида Андреева «Иуда Искариот и другие». Издательство Вита Нова (42 работы)
  • Выставка живописи Максима Моргунова (24 работы)
  • Выставка фотографий «Стокгольм — город света». Выставка подготовлена Ирландским культурным центром СПбГУ (24 работы)

Переходим к Бродским

В качестве филиала музея в Фонтанном доме действуют экспозиции «Кабинет Иосифа Бродского» и «Музей Льва Гумилева». Так что если вы цените и их творчество, то этот музей точно для вас.

Кстати, не перепутайте музей И.А. Бродского с музеем И.И. Бродского (хотя от этой квартиры художника на пл. Искусств, 3 вы также получите массу удовольствия – там висят полотна самого Бродского, а также Репина, Кустодиева и др. мэтров русской живописи). Также не ищите музей А.И. Бродского по адресу Литейный проспект, 24 (как это ошибочно указано во многих источниках).

Да, в легендарном доме Мурузи Иосиф Александрович Бродский действительно проживал более двадцати лет до отъезда из России (а также жили другие поэты Серебряного века — Мережковский и Гиппиус, да к тому же размещался «Дом поэтов»), но из-за проблем с расселением жильцов проект музея там так и не был осуществлен.

Анне Андреевне крепко досталось от режима

Квартира Анны Ахматовой в Фонтанном доме названа так не совсем справедливо. То была квартира господина Пунина, чья табличка и красуется на входной двери, вызывая вопросы у посетителей, которые еще не знают этой истории. А история эта грустна. После смерти своего первого мужа Гумилева Анна связала свою жизнь с восторженным поклонником ее творчества и человеком из литературной среды — Николаем Пуниным. Расставшись со своей женой ради Анны, Пунин не нашел в себе сил выгнать свою старую семью из квартиры, куда уже привел Ахматову. В этих странных соседских отношениях Ахматова пережила еще много горестей, связанных с политическим режимом, чьи гонения коснулись ее и ее сына от первого брака, а также переживаниями за несчастья ее друзей.

Каждый из залов квартиры откроет вам одну из этих печальных страниц. Например, подлинное письмо, написанное Ахматовой Сталину в защиту своего сына. Отдельный стенд посвящен истории друзей Анны — поэтов Серебряного века, почти все из которых драматически скончались. Сам дом, кстати, является пристройкой Шереметьевского дворца, расположенного на берегу реки Фонтанки. Но вход в него — с Литейного проспекта, под арку дома номер 53 и далее по дорожке направо.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Корона Севера
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector